Много уж говорено об особенностях русского характера, русской души. Много справедливого, но напраслины всякой возведено много. Одну очень верную особенность точно подметил Николай Бердяев (русский философ 20 века) - это характерно русская одержимость - необузданность, вселенский размах. Как у Достоевского: «А теперь я гулять хочу, я ведь уличная! Я десять лет в тюрьме просидела, теперь мое счастье! Что же ты, Рогожин? Собирайся, едем!» И, как эхо этому, шукшинское: «Нужен праздник. Я долго был на Севере...».

То есть душа праздника просит! А его все нет и нет - «...не вышло у нас... с колоколами-то...» И успокоиться - не получается. А дальше что?..

И мир вокруг - суров и... несправедлив. И исправить его нужно, просто необходимо исправить. Конечно, можно попытаться не мучиться всякими ненужными вопросами, четко обозначить себе линию - «поспали, теперь можно и поесть; поели, нужно на работу идти, пришел с работы... и т.д.»

Ан нет, не все так просто. Глаза видят, уши слышат, а душа болит. И невольно вопрос возникает «тварь ли я дрожащая, или право имею» мыслить ли, действовать ли?..

Вот одна из рабочих записей Шукшина: «Культурный человек... Это тот, кто в состоянии сострадать. Это горький, Мучительный талант». Очень по-руски. И в каждом из нас в такие, в другие ли моменты оживают наш внутренний Раскольников, наш внутренний Разин, - терзают нас изнутри, покоя не дают. И недаром у Шукшина: «О Разине. Если в понятие интеллигентности входит болезненная совестливость и способность страдать чужим страданием, он был глубоко интеллигентным человеком».

Душа болит, думы думаются, мучают... А дальше, как сказал великий русский поэт: «Не дай Бог увидеть русский бунт, бессмысленный и беспощадный».

Но нужен ли он?.. Ведь как утверждает Бердяев: «Революции, происходящие на поверхности жизни, ничего существенного никогда не меняют и не открывают, они лишь обнаруживают болезни, таившиеся внутри народного организма...»

Шукшин четко видит и понимает это и, недаром, любой, даже самый незначительный бунт души в его рассказах заканчивается трагедией, будь то Спирька Расторгуев, Веня Зяблицкий или Князев, а о Разине - он не перестает думать постоянно, думает вместе с ним, даже додумывает за него…